Хорошо плакать и печалиться о грехах своих и молить Бога об отпущении их. Но никакой от этого не будет пользы, если Господь наш Иисус Христос не уврачует тех немощей кающегося, по причине коих он грешит.
Почему всякий кающийся на то одно должен обратить весь свой подвиг, чтоб быть уврачевану от Христа Господа, освятиться и приять силу к исполнению воли Божией и заповедей Его.
Ибо кто не уврачеван Христом Господом, тот иногда грехи делает, увлекаем будучи на них своею немощию, а иногда исполняет какую-либо заповедь, но такому какая польза?
Подобен он тому, кто строит и опять разоряет построенное.
Всякий человек немоществует и не может иметь чистой любви, не может не осуждать, не презирать, не говорить лжи, не гневаться, не тщеславиться... Будь он благоразумнейший между благоразумными, мудрейший между мудрыми, мужественнейший между мужественными, честнейший между честными, будь он всех других лучше и совершеннее, но, коль скоро немощь естества нашего пребывает в нем (неуврачеванною), не сможет он воздерживаться от всякого зла и делать всякое добро.
...и да не хвалится никто сам о себе, когда уврачеван будет, но о Враче своем да хвалится, и Его да благодарит день и ночь от всего сердца своего, истинно смиренномудрствуя.
И вот, в ком уврачеваны будут немощи его, тот и стал христианином, а у кого есть еще какие-нибудь немощи явно, что он еще не уврачеван.
...Но и Господь не может уврачевать их, если они не знают, что это за немощи, при всем том, что их так много и так они разнообразны.
Вот причина погибели, по коей гибнет столько христиан, властителей и простых, юных и старых, монахов и иереев.
Одно врачевство от всех вообще этих немощей - причастие Божественного естества или приятие Божией благодати.
Если христианин не приимет Божественной благодати и силы, по мере веры своей, то хоть он бдения совершает, хоть спит на голой земле, хоть поет псалмы день и ночь, молится и постится, все же он остается неуврачеванным и находится вне части Христовой, как и не верные.
Какие бы добрые дела ни делал, какими бы подвигами ни подвизался и ни утруждал себя в настоящей жизни всякий человек... - если это не способствует к оздравлению души его от немощей ее, суетно все сие и бесполезно для него, и оставляет душу вне царствия небесного, ибо в царствие небесное приемлются только здравые души, не имеющие никакой немощи.
Только Господом нашим Иисусом Христом они могут быть уврачеваны, как написано:
Той недуги наша прият и болезни понесе (Мф.8:17).
А кто, Божественною силою Христовою укрепляем, не возненавидит прежде, от всего сердца своего, всего мирского, тот никак не может исполнить заповедей Христовых, или, как написано, всегда уклоняться от зла и творить благое.
И тогда только, как сделается душа здравою, может послужить Богу достодолжно, исполняя божественные заповеди Его.
(Слово 12)
Невозможно, чтобы всегда были добры помыслы (от которых обыкновенно рождаются подобные им слова и дела), если в ум не вселится прежде Христос Господь, о чем и должно нам подвизаться, сколько сил есть, то есть чтоб в ум наш вселился Христос Господь. (Cлово 10)
...нельзя человеку самому соблюсти, как должно, заповеди Божии, жить вполне добродетельно и не быть уловлену сетьми диавольскими, а кто этого не познает, тому как избежать притязательного самомнения, что он не имеет нужды в научении, совете, внушении и помощи со стороны других? И остается он исполненным гордости, не сознавая, что ничего не знает, и пребывает во глубине неведения, или, вернее сказать, погибели.
И этого самого не может он понять, что находится в числе гибнущих, так как это неведение то имеет свойство, что бывает каким-то густым покрывалом на умных очах души и не дает им видеть ясно истину.
Отличительная черта и знамение веры нашей есть любовь, о коей сказал Господь:
о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин.13:35).
Если же потеряли ее, то напрасно именуемся христианами. (Слово 11)
«Если же не войдет в кого сей божественный свет, то ум его будет оставаться бесплодным и будет кружиться там и сям и помышлять о том, о чем не подобает, держа притом ту мысль, будто ему неотложно необходимо обдумать то, о чем думает, и позаботиться о том, в чем прельщается, не понимая, что состоит в сие время рабом мысленного тирана диавола, и им мысленно влачим бывает туда и сюда.
Тем-то и бедственна и пагубна эта болезнь, что, тогда как враг мой влачит туда и сюда мой собственный ум, я думаю, что все эти кружения моего ума, все эти заботы и попечения суть мои собственные и неотложно необходимы для меня.
Вот первая и величайшая из всех болезней душевных, для уврачевания которой, яко первейшей, хуждшей и сильнейшей всякой другой болезни душевной, надлежит нам подвизаться до пролития крови…
Сие омрачение души есть начало кромешной тьмы адской, и если не разгонит его Христос во всяком подвизающемся о спасении своем, то никто не узрит Господа.
Почему и Давид говорит: Богом моим прейду стену (Пс.17:30).
И Христос Господь, прогоняющий сию тьму, возвещает: Аз есмь свет миру (Ин.8:12).
Если не будет развеян и изгнан из души сей мрак прежде всякого другого зла, то тщетна вера всякого такого христианина, тщетно именуется он именем верующего, тщетны посты его и бдения, тщетно трудится он.
Прежде и более всего необходимо быть уврачевану от Христа уму.
Ибо когда уврачуется и освятится ум, когда придет он в доброе состояние и не будет сносить, чтоб сказано или сделано было что-либо Богу неугодное, тогда душа будет охранена и от всякого другого греха.
Итак, сколько сил есть, надлежит нам подвизаться, да освятится Христом ум наш, восприяв благодать Святого Духа...
Это, то есть освящение ума, и есть воскресение души в настоящей жизни...
«...не знает грешник о болезнях души своей и не чувствует какое зло причиняют они душе; не зная же и не чувствуя сего, обманывается и, полагая, что у него все хорошо, нисколько не беспокоится о здоровье души своей. И не потому ли грешник, то есть больной душевно, горд бывает, что бесчувствен есть и не чувствует зла, причиняемого ему грехами?
Чем более кто бесчувствен, тем более гордится. Будучи же горд, он и мысли не допускает, чтобы был болен, и ненавистию отплачивает тому, кто стал бы говорить ему о его болезни или предлагать врачевство...
Когда тело наше заболевает, мы чувствуем боль и, чувствуя ее, ищем врачевства, да уврачуемся. Если б не имели мы чувства, то не чувствовали бы и боли; если б боли не чувствовали, не чувствовали бы потребности и во врачевстве.Тому же следовало бы быть и в душе, то есть чтоб она своим духовным чувством чувствовала свою духовную болезнь. Но бывает иначе - не чувствует. Не чувствуя же болезни, не тяготится ею и не ищет врачевства.»
Слово 6.
ЮЛ: - Читаю житие преподобного Симеона Нового Богослова.
Всю жизнь ему доставалось, то братья-монахи изобьют, то из монастыря игумен выгонит, то архиереи в ереси обвинят.
«Но прошло немного времени, и завистники, видя его преуспеяние в добродетели, придя к игумену, сильно раздувают угли его гнева на Симеона. Игумен, призвав доблестного мужа, начал беседовать с ним и то обещаниями, то угрозами старался отвратить его от учителя и привлечь к себе: ведь питал предстоятель неподобающую зависть к тому великому старцу. Но когда он увидел непреклонный дух Симеона то, побежденный убедительностью и мудростью слов блаженного мужа, тотчас приказал изгнать его из обители…».
ВТ: - Так всё и должно быть.
Пошёл за Христом - значит заполучи «в лице» любой клерикальной СИСТЕМЫ (как законной составной части именно этого «дольнего» мира) «надёжного» и «верного» врага на всю оставшуюся жизнь.
Это вообще – «без вариантов», то есть – «не обсуждается».
Можно вспомнить хотя бы того же самого Павла.
Ведь сама по себе клерикальная СИСТЕМА, адаптируясь даже к самым неблагоприятным для неё внешним условиям и принимая (с целью оптимизации этой адаптации) самые различные формы, по своей СУТИ остаётся всегда одной и той же, хоть в первом веке, хоть в двадцать первом.
Пока Павел был Савлом (то есть пребывал в «статусе» СИСТЕМНОГО крета1 исполняя роль функционального клерикального помощника-доброхота), он был принят самой СИСТЕМОЙ и даже известен и почитаем в среде её рабов.
Но как только на пути в Дамаск ему явился Сам Господь и ветхий Савл умер родившись во Христе Иисусе новым «творением» - Павлом, СИСТЕМА моментально «опознала» в нём смертельную для себя угрозу и потому санкционировала открытие на него «сезона охоты».
А уж под каким «знаком подлинности» будет происходить эта самая «охота» - под «могендовидом» или под «крестом» - особого значения не имеет.
ЮЛ: -
«К тому времени, когда Симеон принял попечение о пастве словесных овец Христовых, монастырь давно уже находился в полном запустении и не был ни прибежищем, ни обителью для монашествующих, но служил местом, где проживали миряне, и усыпальницей, где лежало множество мертвых тел. Из монахов остались немногие, но и те по причине духовного бесплодия одичали...».
ВТ: - Знакомая картина …
Хотя сейчас даже и таких больше нет. Сейчас вообще все – подделка.
ЮЛ: -
«Однажды утром, когда кончилось утреннее славословие и блаженный муж, как было у него в обычае, начал поучать учеников, то обличая, то запрещая, то увещевая (2 Тим. 4:2), согласно совету апостольскому – внезапно человек тридцать монахов, разодрав на себе одежды, с бессвязными криками, порываясь совершить убийство и смутив всю церковь, дерзко подняли нечестивые руки на отца своего, чтобы схватить и растерзать его, словно дикие звери…
Они же продолжали наступать на него с бессмысленными воплями и бранью, ярость лающих псов и бесстыдство свое обнажая, но сила свыше не позволяла им наложить на него нечестивые руки, ибо благодать, в Симеоне поселившаяся, удерживала их на расстоянии и отталкивала от него. Не зная, что делать, они выбегают из церкви и, сокрушив запоры монастырских ворот, одержимые и безумные, бегут в патриархию».
ВТ: - Ну и правильно, а чего они ещё должны были делать в отношении христианина?
Или ты всерьёз полагаешь, что тогдашние подклы в своей сути хоть чем-то от нынешних отличались?
Не строй иллюзий, сии всегда и везде одинаковы, недаром же о них сказано – «Ваш отец диавол и вы хотите исполнять похоти отца вашего» (Ин.8,44).
Продолжение здесь -
__________________________________
И в будущей жизни христианин не будет испытуем постился ли совершал ли бдения, молился ли и другие какие совершал ли в настоящей жизни дела добрые, но будет тщательно испытуем, имеет ли он какое-либо подобие Христу, как говорит и Павел: чадца моя, имиже паки болезную, дондеже вообразится в вас Христос (Гал.4:19).
Подобие же Христу составляют истина, кротость, правда, и вместе с ними смирение и человеколюбие. Истина зрится во всех словах, а кротость во всех противословиях; потому что кроткий, похвалами ли окружен, или порицаниями, хранит себя бесстрастным, и ни похвалами не превозносится, ни порицаниями не огорчается. Правда зрится во всех делах по заповедям происходящих. Смирение есть как бы неокрадомая сокровищница, устрояемая в том уме, который носит убеждение, что только силою благодати, приемлемой от Христа, имеются в нем показанные добрые качества, то есть истина, кротость и правда. Человеколюбие есть подобие Богу, так как оно благотворит всем людям, и благочестивым, и нечестивым, и добрым, и злым, и знаемым, и незнаемым, как и Сам Бог всем благотворит, воссиявает солнце на праведные и неправедные, дождит на злые и благие. Итак, те, которые прияли сие от Христа, имеют подобие Ему...
Почему излишни все прочие подвиги, если не бывают ради их." (Слово 2)
А именно для того Он приходил, что бы те из них, кто не желает быть таковыми, получили возможность отныне более таковыми НЕ БЫТЬ, избрав своим свободным волеизъявлением вместо торжествующих в «веке и мире сем» греха, смерти и конечного небытия – Его самого, то есть – «Путь, Истину и Жизнь» (Ин 14, 6).
В том-то всё и дело, что действительно отвергнувшийся себя, избравший Христа своим Путём, взявший свой крест и пошедший вослед Истины и Жизни, «насельник мира и века сего» и «раб греха», в тот же самый момент (даже если этот «момент» наступает для него уже на самом кресте) таковым «рабом», быть перестаёт.
![]() | You are viewing Log in Create a LiveJournal Account Learn more |